ГУЛАГ больших городов. Современная Россия. Психология денег и репрессий.

Когда ты слышишь слово «ГУЛАГ», то начинаешь представлять снежную и морозную Сибирь, тундру Кольского полуострова или Полярного Урала, Колыму; лагеря, обнесённые колючей проволокой, бараки, вышки… Что-то такое страшное и некомфортное, очень далёкое из не менее далёких сталинских времён. Ассоциативный ряд, сложившийся под влиянием прочитанных книг, журнальных статей и пламенных речей официального обличителя сталинизма Сванидзе (чёрт, Word не подчёркивает красным «Сванидзе»!). И, конечно же, куда без этого, ты вспоминаешь слово «репрессии», и обязательно с эпитетом «массовые», а также суды «троек» и расстрелы.

Новость первая – ГУЛАГ никуда не делся, в лету не канул. Новость вторая – ты живёшь в ГУЛАГЕ. И ещё одно, репрессии из массовых переросли в тотальные. Да, предупреждаю сразу, хороших новостей не будет, в конец можешь не заглядывать!

Чудовище ГУЛАГА из гнусной лесотундры переместилось в большие города. Вот лагеря нашего времени! Брошенные деревни, заколоченные окна, ряды столбов без проводов вдоль дорог, поросшие подлеском пастбища, исчезнувший скот. Земля без хозяина. Людей нет, они – в городах. Ты возразишь, мол, урбанизация, естественный ход развития. Как бы ни так! Эта «урбанизация» сродни не успевшему пересохнуть участку реки, к которому звери ползут в Великую Засуху. И ничего тут нет общего с прогрессом! Такая же фикция, как и разговоры о том, что мы с тобой живём в постиндустриальном обществе. Формально-то оно так, только наши услуги превысили производство лишь по одной причине – производство свели почти до «нуля», а население нужно чем-то занять.

Так что же тебя погнало в Большой город? И почему ГУЛАГ? Причём тут репрессии? А вот причём – деньги! Деньги – инструмент репрессий в России. Тотальных репрессий, кровавых. Только не надо говорить, что весь мир завязан на деньгах, что такова современная экономика, и сотрясать воздух прочей беллетристикой якобы рыночных якобы отношений в эпоху либерализма. Государство с рыночной экономикой, но без социальных гарантий – это репрессивное государство. Гарантий нет никаких, ни у кого. Есть необходимость в деньгах, и есть страх. Да-да, именно нужда загнала тебя в город, и именно страх, покруче любого надзирателя, держит тебя здесь. Ты боишься, потому что без денег ты попростусдохнешь. Повторюсь, социального обеспечения нет. И всё, ты крепко сидишь на крючке, и во имя денег ты готов на всё. Хорошо, почти на всё.

Тебя поставили в условия, когда деньги, и только деньги, могут обеспечить твои жизненные потребности. Еду в холодильнике, электричество в розетке, воду в кране, крышу над головой, бензин в баке. Это тот кнут, который ежедневно, ежечасно подгоняет тебя… Что? Ты что-то сказал о прянике? Пряника нет, он – виртуальный. То, что перед тобой накрошили – всего-лишь иллюзия ложной цели. Пряника нет, а кнут есть, и он реально охаживает твою спину, да так, что клочьями шкура слезает. Ты купился изобилием товаров на прилавках, свободой слова, возможностью бывать в других странах, щелкать пультом по многочисленным каналам ТВ. Правда, эти товары произвёл не ты и не здесь, и не совсем они тебе по карману; свобода слова в пустоте; к красотам чужеземным ты тоже не имеешь никакого отношения; а про зомби-ящик без меня всё понял. Так что же осталось? Необходимость и страх.

Репрессии – это принуждение и, одновременно, наказание. Репрессии деньгами – это и физическое, и, что самое страшное, психологическое истязание. Страх сковывает твою волю, парализует разум, отбирает свободу выбора. В XXI веке человек превращён в раба. Ты тщетно стараешься бежать всё быстрей, успевать делать больше, чтобы хоть ещё немного увеличить доход, но растущие цены на продовольствие, ЖКХ, одежду, лекарства, бесконечно увеличивающиеся тарифы и акцизы, угроза «рыночной формулы» расчёта налога на недвижимость и прочие «монопольные сговоры» съедают без остатка все твои «излишки». Это целенаправленная политика государства. Нет, ты уже не пойдёшь бунтовать, куда там! Тебе не до того, семью кормить надо. Протесты, демонстрации? Увольте! Ты подавлен и раздавлен экономической реальностью, сидишь дома, тихо и мирно. Ты уже сформулировал для себя очередное фантом-убеждение «Мне нужна стабильность!». Потрясения, катаклизмы, революции, короче, всё то, что ведёт к переменам, тебя пугает до истерики. А при упоминании о всеобщем жупеле, мировом финансовом кризисе, ты впадаешь в ступор. Никакой политик тебя не прельстит обещаниями изменений, даже самыми радужными. Тебе нужна стабильность, т.е. чтобы всё оставалось так, как есть. Поэтому на выборах ты голосуешь за всё тот же режим. Более того, ты горой будешь стоять за них. Кстати, про «стокгольмский синдром» слышал? Ага, точно! Заложники солидарны со своими мучителями- террористами. Как видишь, цель достигнута без поезда «Воркута-Ленинград».

Деньги…По идее, мерило твоих способностей и затраченных усилий. Не буду загружать тебя долгими рассуждениями о понятиях «деятельность» и «труд». Скажу лишь, что крылатое выражение «радость труда» имеет глубоко научное объяснение. Чувство радости в твоём мозге возникает в результате впрыска эндоморфинов, а чтобы эти самые эндоморфины появились, нужно три главных условия: физическая и/или интеллектуальная нагрузка, положительный стимул из вне, что-нибудь сладенькое-углеводистое. Шоколадками ты объелся, в поисках позитива обошёл все злачные места, но радости всё равно не хватает. Физические и интеллектуальные нагрузки в трудовой деятельности обеспечивают большее количество эндоморфинов, чем всё остальное вместе взятое. Ты тщетно пытаешься компенсировать эту нехватку в фитнесс-клубах, но, сам понимаешь, от бега на месте мышцы хоть и нарастают, только смысла в них немного. Нет, я, конечно, не хочу сказать, что на работе ты не напрягаешься и не устаёшь. Наоборот, работа тебя изматывает до крайности! Понимаешь, тут вот, какая штука – труд должен подкрепляться осязаемым и осознаваемым результатом. Ты что-то делал, делал, делал, и вот – оно! Результат! А с ним и эндоморфины тут как тут. Вспомни «Маленького принца», в пустыне где-то спрятаны колодцы. Ты долго шёл, солнцем палимый, жаждой гонимой, но у тебя была цель – колодец. И вот, ты нашёл его, и вода в нём кажется самой вкусной на свете! Колодец – это награда. Так устроен наш организм, такими создала нас сама Природа, напряжение и расслабление чередуются, и одно без другого никак. Радость в расслаблении обусловлена трудностями напряжения и подкреплена осязаемостью результата. В чём заключается твой результат? Каждый день ты в офисе перекладываешь множество бумажек, нервно следишь за графиками котировок, кому-то звонишь, о чем-то договариваешься. Нажимаешь на кнопки телефона и клавиатуры, но с тем же успехом ты мог бы давить кнопки в лифте или пульт от телека. Что бы ты ни делал, но стол остался на том же месте, офис всё тот же, и за окном никаких преобразований реальности не случилось. Ты не видишь результата своей деятельности! Раз в месяц на выходе тебя ждёт то, что ты наивно привык считать пряником – зарплата, т.е. деньги. Те самые, которые столько времени не давали тебе покоя, те самые, которые ты так боишься потерять. И ты идёшь тратить. Вот здесь и происходит очередное замещение. Радость результата подменяется радостью потребления. Потребление – вот твой результат. Жвачное животное, затрачивающее энергокалории на доставку своей туши на пастбище и поедание травы. Не расстраивайся, ты не одинок, это – стадное. Согласись, ты не этого ждал от капиталистического строя, от рыночной экономики. Ты даже не подозревал, что они, по сути, противоречат человеческой природе и превратят тебя в корову на лугу. В крайнем случае, тебя прельщала романтика метафоры «в капиталистическом мире человек человеку – волк». Ты готов был ассоциировать себя с независимым и опасным хищником. Но не волк ты, увы. Тебе чудилось мужество в«зверином оскале империализма», но оскал-то не твой. Ты просто овца на лугу. И в этом травоядном состоянии тебя держат деньги.

И так, страх, парализованная воля, сознание, разлагаемое бытием, деградирующий интеллект, деятельность с сомнительным результатом. Ты согласился с брошенным в лицо определением«хавающий пипл», а позже принял «офисный планктон». Планктон – сообщество микроорганизмов, в котором единица не значит ничего. Тучка органики, поглощаемая одним глотком кашалота и извергаемая наружу одним пуком. Это цена денег.

Но ты всё ещё думаешь, что относительно свободен и независим? Мол, это ещё не репрессии? Хорошо, поговорим о кредитах. Сначала вспомним о колодцах в пустыне, о коих речь была выше. Представь, что ты не шёл, не брёл через пески, а сразу оказался у колодца. Можешь пить из него столько, сколько хочешь, и тогда, когда хочешь. Вода не кажется уже такой вкусной. Ты ничего не сделал, но получил. Не радует, скучно, неинтересно. Притупляет и развращаетЗнаешь, лондонский мародёр, вытаскивающий телевизор через разбитую витрину, и «белый воротничок», выносящий телевизор, полученный в кредит, равны между собой. Они есть одно и то же! Разница лишь в том, что один никогда не работал, а другой ещё не заработал. Но оба на халяву получили желаемое. Это касательно так называемых потребительских кредитов. Не самое страшное в арсенале репрессивного механизма. Рассмотрим главного монстра – ипотеку. Тут-то и происходит слом последних отважных и активных. Тебе нужен дом/квартира. Это одна из твоих жизненных потребностей. Цена недвижимости столь высока, что за раз не заработать. И ты соглашаешься на кредит, на запредельные проценты по нему, лишь бы у тебя и твоей семьи была крыша над головой. Ко всем твоим страхам теперь добавляется новый ужас – ужас не расплатиться по обязательствам. В тех объёмах и в те сроки, которые ты сам себе подписал в договоре с банком. Ладно, не сам, просто иного выхода не было. На многие и многие годы вперёд. В ассоциативном ряду «сталинских репрессий» у тебя ещё всплывали суды «троек». Без суда и следствия – к стенке или на Колыму. Так это было или придумали – неважно. Важно, что теперь судить тебя, ипотечного, будут банковские клерки, те же «тройки». И это – реальность нашего времени, а не какая-то там история прошлого. Банковские клерки и карательный аппарат в лице судебных приставов и коллекторских агентств. То-то их столь много развелось в последнее время! Только попробуй рыпнуться из кабалы кредита, только рискни задержать выплаты, как тут же окажешься на улице со всеми своими детьми и скарбом! В любое время дня и ночи, в дождь и холод тебя выкинут, не задумываясь, подыхать, отобрав последнее и единственное. Родителей – в безвестность, детей – в приюты. Понял? Решают банковские клерки. Опосредованно. Обезличено. «Прости, ничего личного, только бизнес». Никто не собирается тратиться на доставку тебя в Сибирь, на патроны и верёвки. Ты сам оплачиваешь работу клерков, приставов и коллекторов. Деньгами. Бесчеловечно и не демократично? Этому строю, этой стране люди не нужны. Нужна немногочисленная обслуга, а остальные пусть сгинут. Нагрузка на социальные программы, знаешь ли, тем самым ослабнет.

Что ж, пора подводить итоги, или, как теперь принято говорить в твоём мире, подобьём бабки. Коротенько, тезисно. Большой город – это твоя тюрьма, в которую тебя загнали проводимой экономической политикой. Репрессии осуществляются деньгами. Как и у настоящего зэка, твои скудные права и возможность остаться в живых обусловлены беспрекословным подчинением режиму. Бежать некуда. В тундре беглецов не ловят – гнус до смерти кровь выпьет. Работы, к которым тебя принудили, результата не имеют, но разлагают и уничтожают твою человеческую сущность. Существующий порядок противоречит законам природы и эволюции. Ты лишён права быть самостоятельной личностью, и отношение к тебе, как к пылинке планктона. Подчиняясь и принимая за догму сложившуюся «парадигму экономических отношений», ты лишь туже затягиваешь удавку на собственной шее.

По идее, в качестве намёка на хэппи-энд, я должен тебя как-то утешить, сказать что-нибудь хорошее, позитивное. Знаешь, а вот не хочу я тебя утешать! Ты и без меня слышал от современных психологов, что «жители мегаполисов подвержены стрессам, различным фобиям, маниям, страхам, поэтому важно научиться позитивироваться (ну и словечко!), находить положительные стороны в событиях, радоваться каждой мелочи, улыбаться…». Улыбаться! Улыбающийся идиот. Пиплом сделали, планктоном тоже сделали, теперь ещё и идиотом. Эта улыбка – радость барашка, который за сахарок ведёт собратьев на забой. Давай начнём с первого шага – осознания. Осознания, что с тобой произошло. Для первого раза этого будет достаточно. До встречи!

 

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *